При Николае I за безопасность царя и Отечества отвечали 16 человек

Все мы с детских лет слышали о Третьем отделении Собственной Его Величества Канцелярии. В советской историографии Третье отделение именовалось не иначе как органом политического сыска и подавления всяческого инакомыслия. Дескать, при помощи огромного штата агентов, которыми руководил ярый реакционер граф Бенкендорф, царский режим и удерживал общество в повиновении. Эти страшилки кочевали из одного учебника в другой и так въелись в сознание миллионов, что переубедить многих сограждан – задача не из легких. Мы и не собираемся никого переубеждать. Просто приведем несколько любопытных фактов и попытаемся на их основе непредвзято взглянуть на деятельность Третьего отделения. А деятельность его была многогранной и, следует заметить, весьма эффективной.

Кстати, то же самое можно сказать и о правлении самого государя Николая I, на годы царствования которого приходится расцвет Третьего отделения. В советских учебниках Николая Павловича также называли не иначе как реакционером и душителем свобод. Даже прозвище идиотское ему придумали: «Палкин». Хотя Николай I вовсе не был сторонником палочной дисциплины в армии и никогда не насаждал бессмысленной муштры. Этим грешил его старший братец Константин, которого некоторые декабристы, безумно любившие свободу, прочили в императоры. Современники вспоминают, что Константин, будучи великим князем, так увлекался тупой шагистикой, что даже в первую брачную ночь, вместо того чтобы заниматься своей молодой женой, отправился на плац и стал гонять дворцовый караул. Как повезло России, что декабристский путч провалился, и Константин не занял престол…

Но вернемся к Третьему отделению. Надо отметить, что Николай I и его окружение сумели сделать правильные выводы из декабрьских событий на Сенатской площади. Напомним, что при Александре I в стране существовало несколько организаций, занимавшихся обеспечением правопорядка и охраной государственного строя. Время показало ошибочность такой децентрализованной системы. Достаточно сказать, что занятые собиранием различных сплетен и во многом дублирующие друг друга ведомства проглядели крупномасштабный военный заговор офицеров-декабристов, вызревавший в недрах армии в течение девяти лет. Как такое могло случиться – уму непостижимо. Поэтому первое, что сделал Николай I, покончив с декабристской вольницей, начал серьезную реформу органов государственной безопасности. 

Для выполнения этой ответственной миссии требовался решительный и абсолютно надежный человек, и выбор Николая I пал на А.Х.Бенкендорфа. И не потому, что граф был ярым реакционером, как нам внушали много лет подряд. Просто Александр Христофорович еще в 1821 году, задолго до восстания декабристов, предупреждал Александра I о существовании офицерского заговора и предлагал создать единое ведомство для выявления и пресечения подобного рода демаршей. По невыясненным до конца причинам Александр I не придал этому значения. Результат столь близорукой политики: бунт на Сенатской площади… Кстати, руководил его подавлением и неплохо себя при этом проявил все тот же Александр Бенкендорф.

Так вот, в январе 1826 года Бенкендорф представил Николаю I проект организации политического сыска, который, в отличие от первого, оказался немедленно востребован властью. Предложенная в нем схема получила принципиальное одобрение и, после некоторых доработок, легла в основу нового ведомства, руководить которым Николай поручил инициатору проекта. А еще через некоторое время вышел царский указ, согласно которому новое ведомство включалось в структуру Собственной Его Императорского Величества канцелярии.

Следует отметить, что Канцелярия при Николае I стала фактически правительством Империи. Ее функции были весьма разнообразны. Первое отделение Императорской канцелярии ведало всем чиновничьим аппаратом Империи и готовило бумаги для доклада государю. Второе отделение занималось составлением и систематизацией законов Российской империи. Кстати, именно при Николае Павловиче в России появилось единое законодательство, за соблюдением которого рьяно следил сам государь. Так что правовое государство, о котором нам талдычат демократы с либералами, реально было построено аккурат при Николае «Палкине».

Были также отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии, ведавшие крестьянским вопросом и готовившие реформу по освобождению крепостных (сам государь Николай Павлович эту реформу провести не успел – манифест об освобождении крестьян, как известно, подписал Александр II). Ну а вопросами охраны порядка в стране ведало Третье отделение. Причем, в особых секретных инструкциях по корпусу жандармов, который подчинялся непосредственно главе Третьего отделения, говорилось о том, что одной из важнейших его функций должен стать надзор за деятельностью всех государственных учреждений Империи, как в центре, так и на местах. Иначе говоря, борьба с коррупцией среди чиновничьего аппарата.

В состав Третьего отделения входили четыре органа, или экспедиции, как их тогда называли. Первой экспедиции отводилось ведущее место. Ее задачи состояли в предупреждении «злоумышлении против особы государя императора», обнаружении тайных обществ и заговоров, сборе информации о положении в Империи и за границей, о состоянии общественного мнения, о настроениях в различных слоях населения, а также в тайном надзоре за государственными преступниками и «подозрительными лицами». Помимо этого, к ведению первой экспедиции был отнесен общий контроль и наблюдение за деятельностью государственного аппарата, выявление злоупотреблений местных чиновников, беспорядков при дворянских выборах, рекрутских наборах и прочих социально значимых акциях.

На Вторую экспедицию возлагался надзор за всеми существовавшими в России религиозными сектами, особенно раскольниками. Кроме того, сотрудники экспедиции боролись с фальшивомонетничеством, отслеживали деятельность различных обществ в области науки, культуры и просвещения, а также собирали сведения о всякого рода открытиях, изобретениях, усовершенствованиях - словом, опекали отечественных кулибиных и не давали «мозгам утекать за бугор». Помимо этого, в их обязанности входило разбирательство жалоб, просьб и прошений, поступавших в Третье отделение на царское имя. Наконец, в ведение второй экспедиции были отданы секретные политические тюрьмы — Алексеевский равелин Петропавловской крепости, Шлиссельбургская крепость, Суздальский Спасо-Ефимьевский монастырь и Шварцгольмский арестный дом в Финляндии, «в коих заключаются государственные преступники».

 Третья экспедиция выполняла сугубо контрразведывательные функции: надзирала за пропуском иностранцев через границу, осуществляла постоянный контроль за их пребыванием на территории Российской империи, вела негласное наблюдение за их поведением и образом жизни, высылала неблагонадежных иностранцев за пределы страны.

Четвертая экспедиция должна была заниматься «всеми вообще происшествиями в государстве и составлением ведомостей по оным». Иначе говоря, в четвертую экспедицию стекалась вся информация о пожарах, эпидемиях, грабежах, убийствах, крестьянских волнениях, злоупотреблениях помещиков своей властью над крепостными и тому подобных ЧП. Непосредственно на местах раскрытием преступлений и тушением пожаров занимались, разумеется, полицейские и брандмейстерские органы. Сотрудники же четверной экспедиции надзирали за работой полиции и прочих ведомств, вели статистический учет и анализировали ситуацию. Результатом аналитической работы становились еженедельные специальные таблицы, в которых фиксировались все чрезвычайные происшествия, случавшиеся на бескрайних российских просторах.

Таким образом, задачи, возлагавшиеся на Третье отделение, были поистине необъятны. Тем больше поражает незначительное количество сотрудников, которым вменялось заниматься всем этим ворохом проблем. Вот имена сотрудников Третьего отделения, стоявших у его истоков.

Первая экспедиция: титулярный советник П.Я. фон Фок, титулярный советник A.M.Садовников, коллежский секретарь Н.Я. фон Фок, губернский секретарь А.К. фон Гедерштерн. Вторая экспедиция: титулярный советник В.И.Григорович, титулярный советник Я.М.Смоляк, титулярный советник С.А.Леванда. Третья  экспедиция: титулярный советник барон Д.И.Дольст, титулярный советник А.Г.Гольст, титулярный советник А.А. Зеленцов. Четвертая экспедиция: титулярный советник Н.Я.Тупицын, титулярный советник Я.И.Никитин, титулярный советник К.А. Зеленцов, надворный советник К.Л. фон Гедерштерн, губернский секретарь Я.П.Полозов и губернский секретарь Ф.Ф.Элькинский.

Вот эти 16 чиновников и руководили государственной безопасностью Империи. Хотя численность Третьего отделения с течением времени росла, она всегда оставалась небольшой даже в периоды высшего подъема революционного движения, и на момент его ликвидации в 1880 году так и не перевалила за сотню. При этом следует иметь в виду то обстоятельство, что возможность карьерного роста у сотрудников этого ведомства практически отсутствовала, а их жалованье достаточно долгое время было ниже, чем у чиновников других отделений императорской канцелярии. Так, в 1829 году наивысший оклад чиновника Третьего отделения составлял 3 тысячи рублей ассигнациями в год, тогда как в других отделениях получали по четыре и даже пять тысяч.

Любопытно, что функции и задачи Третьего отделения менялись в зависимости от изменения ситуации в стране. Например, после подавления восстания 1830-1831 годов часть поляков эмигрировала в Западную Европу, где попыталась создать что-то вроде эмигрантского правительства. Реакция Третьего отделения не заставляет себя ждать: в Европе тут же возникает разветвленная агентурная сеть, которая начинает следить не только за поляками, но и за обосновавшейся на Западе русской революционной эмиграцией. А чиновники Третьего отделения регулярно выезжают в страны Европы для встреч со своими агентами и для вербовки новых.

Впрочем, деятельность сотрудников Третьего отделения за кордоном вовсе не ограничивалась слежкой. Известно, к примеру, что Третье отделение организовывало за границей пропагандистские кампании в поддержку русского самодержавия, а также собирало для Николая I сведения о внутриполитическом положении в европейских государствах, направлении и деятельности различных политических партий, об отношении иностранных правительств к России и тому подобную стратегическую информацию. Таким образом, помимо чисто полицейских и контрразведывательных функций, Третье отделение с течением времени стало выполнять и разведывательные задачи. К концу 1870-ых годов постоянная агентура Третьего отделения действовала в Париже, Лондоне, Женеве, Вене, Потсдаме, Мюнхене, Лейпциге, Бухаресте и Константинополе.

А как же подавление инакомыслия и контроль за творческой интеллигенцией? Осенью 1842 года А.Х.Бенкендорф, ссылаясь на резкий рост числа театров в стране, испросил у царя согласие на образование в подведомственном ему отделении пятой экспедиции в составе трех человек. Новой экспедиции была поручена цензура за драматическими сочинениями, предназначенными к театральной постановке на русском, немецком, французском, итальянском и польском языках, а также надзор за всеми выходящими в России периодическими изданиями. Так, спустя 16 лет после создания Третьего отделения ему доверили-таки такой деликатный вопрос, как общение с творческой интеллигенцией. Просуществовала пятая экспедиция до 1865 года. Затем руководство цензурой было передано в Главное управление по делам печати Министерства внутренних дел. Зато в составе Третьего отделения была создана специальная Газетная часть. Ее сотрудники занимались анализом периодики и вели активную антиреволюционную пропаганду в печати.

А как же тотальная слежка, которая, дескать, практиковалась с первых же дней существования Третьего отделения? Масштабная слежка действительно имела место, но уже после смерти Николая I, в 1860-1870-ые годы. Круг лиц, за которыми велось наблюдение в царствование царя-освободителя, не поддается даже приблизительному подсчету. Не избежали внимания со стороны агентов Третьего отделения даже члены императорской фамилии. В делопроизводстве Третьего отделения сохранилось множество агентурных донесений о том, чем занимались наследник и другие члены царской семьи. А уж про всяких там министров и говорить не приходится! По словам государственного секретаря Е.А.Перетца, шеф жандармов постоянно докладывал государю «о частной жизни министров и других высокопоставленных лиц». Как отмечали современники, эта сторона деятельности Третьего отделения была доведена «до совершенства».

Во сколько обходилась казне деятельность Третьего отделения? Сохранились сведения за 1877 год. Тогда на содержание аппарата и агентов Третьего отделения из бюджета было выделено 307 тысяч 454 рублей. Известно, что 93 тысячи 648 рублей ушли на жалованье личному составу, 26 тысяч 929 рублей израсходованы на различные хозяйственные нужды, в том числе и на питание политических заключенных. И, наконец, 186 тысяч 877 рублей (почти 61 процент) пошли на борьбу с революционным движением и содержание агентуры.

Не обходилось и без серьезных проколов. Известно, к примеру, что в начале 1879 года на службу в секретную часть третьей экспедиции поступил некто Н.В.Клеточников. Обладая каллиграфическим почерком и феноменальной памятью, Клеточников не только образцово исполнял порученные обязанности, но и с готовностью брался переписывать секретные бумаги за своих ленивых сослуживцев. И никому невдомек было, что старательный чиновник в свободное от службы время посещает сходки революционеров из «Народной воли» и аккуратно передает им полученную информацию. Так продолжалось два года. Неудивительно, что все это время «Народная воля» была вне досягаемости для политического сыска.

Впрочем, в конце 1870-ых годов проколы в деятельности Третьего отделения случались весьма часто. Дело дошло до того, что в 1878 году революционеры убили шефа корпуса жандармов Н.В.Мезенцева. А затем началась настоящая охота и за самим царем-освободителем. К противодействию такой бурной революционно-террористической деятельности Третье отделение оказалось совершенно не готово. И хотя руководством Третьего отделения и предпринимались весьма энергичные контрмеры, особого успеха они не имели. Разумеется, Александр II, переживший к тому времени уже несколько покушений, все чаще выражал свое недовольство работой Третьего отделения. Последней каплей, переполнившей чашу царского терпения, стал взрыв в Зимнем дворце, произведенный в феврале 1880 года революционером-рабочим С.Н.Халтуриным.

Окончательно удостоверившись в недееспособности существующей системы государственной безопасности, Александр II в том же году издал указ, в соответствии с которым Третье отделение было упразднено, а его дела переданы Особому департаменту Министерства внутренних дел. С ликвидацией этого ведомства, просуществовавшего под одним и тем же названием 54 года (больше, чем какой-либо иной аналогичный орган), закончилась целая эпоха в истории российских спецслужб.

Сергей КОРНИЛОВ, историк, г. Москва










Copyright © Конкурс юных репортеров, фотоконкурс, конкурс рассказов, статей Все права защищены.

Опубликовано на: 2009-06-09 (2240 Прочтено)

[ Вернуться назад ]