Полку советских разведчиков прибыло: в историю Великой Отечественной вписана еще одна яркая страница

     …Как и подавляющее большинство советских людей, весть о начале войны Юрий Гордон воспринял как личное горе. Участвовал в боях с первого дня войны. Служба на должностях от командира взвода до начальника штаба батальона. Ранение. Правительственная награда за успешный вывод войск из окружения. Досрочное звание капитан и должность начальника разведки 6-й гвардейской механизированной бригады.

     4 февраля 1943 года при выполнении боевого задания по разведке огневой системы противника в степи на реке Аксай Гордон был снова ранен и попал в плен. Бежать из колонны военнопленных, когда вокруг вооруженные немецкие солдаты — дело почти безнадежное. Однако Гордону это удается. В голове пульсировала одна мысль — к своим. Во что бы то ни стало через линию фронта. Благо, что происходило все это в его родных местах, неподалеку от города Екакиево.

     Раненая нога не позволила далеко уйти, поэтому две недели он прятался у местных жителей. Здесь офицера постиг еще один удар. Знакомые поведали ему, что его родителей и сестру фашисты расстреляли. За то, что евреи. Сам он, понимая, что нацисты не жалуют представителей его нации, при пленении назвался Юрием Николаевичем Ефимовым, сыном крымского татарина, благо при себе в тот момент у него не было личных документов. Видимо, это и спасло ему жизнь. (Как выяснилось позже, семья Гордона не была расстреляна, а успела эвакуироваться до прихода немцев.)

     Одну за другой совершает Гордон-Ефимов попытки пересечь линию фронта, но безуспешно. Тогда Юрий принимает решение пробираться в Мариуполь — там он надеялся встретить знакомых по мореходному училищу, в котором обучался до призыва на военную службу, и с их помощью перебраться на советскую сторону. Все планы спутал тиф. Месяц он провел на койке в больнице Елановских карьеров, в которой его по окончании курса лечения арестовала немецкая жандармерия. Так он вновь оказался в немецком плену.

     О каждом из пленных немцы собирали подробные биографические данные. Когда о Гордоне стало известно, что он судоводитель и знает акваторию Черного и Азовского морей, немцы откомандировали его вместе с двумя десятками пленных в часть № 47285, которая, как впоследствии стало известно, являлась подразделением военно-морской разведки под кодовым названием «Нахрихтен-Беобахтер». Эта часть под командованием старшего лейтенанта Цирке занималась разведывательно-диверсионной деятельностью в районе Азовской акватории.

     Об обстоятельствах и причинах поступления на службу к немцам Гордон на допросах рассказал следующее: «По существу это не была вербовка. По лагерю объявили, чтобы все моряки построились, а когда все имеющие отношение к морю выстраивались, их опрашивали... и просто уводили из лагеря. Многие попадали и без морской специальности.

     ...Я добровольно поступил не в разведку немцев, а в военно-морскую часть, оказавшуюся позже, как я узнал, разведгруппой Цирке. Я поступил в немецкую часть добровольно, потому что не хотел возвращаться в лагерь военнопленных и считал, что служба у немцев давала возможность при удобном случае перейти на сторону наших советских войск. Я не ставил перед собой задачи бороться с Советской властью и помогать врагу. Уйти из немецкой военно-морской разведки я не мог в силу того, что это означало бы лишиться жизни. Кроме того, я решил действовать на свое усмотрение и, имея кое-какой опыт в разведывательной работе, собрать сведения, с которыми потом перейти на сторону советских войск».

     Катер «WM», на который он попал в качестве матроса, занимался тем, что перебрасывал шпионов и диверсантов через Азовское море в тыл Красной Армии, а поэтому вплотную приближался к берегам, на которых были наши части. Несомненно, у Гордона была (и не раз!) возможность вернуться к своим. Но как опытный разведчик он понимал, что является обладателем достоверной информации о засылаемой в наш тыл немецкой агентуре и именно в этом качестве сможет принести огромную пользу советскому командованию. Вопрос упирался в один существенный недостаток — отсутствие какой бы то ни было связи с нашими.

     Тогда Юрий пошел другим путем. Он начал искать единомышленников среди тех, кого немецкая разведка завербовала в качестве агентов. Риск нарваться на провокатора был чрезвычайно велик. И Гордон начал изучать тех, кто должен был быть заброшен в тыл Красной Армии. Вскоре ему удалось установить контакт с двумя агентами разведцентра, бывшими военнопленными Геращенко и Коровиным. Гордон уговорил их не работать на фашистов, а, оказавшись в тылу Красной Армии, добровольно прийти в военную контрразведку «Смерш». Через этих людей Юрий Михайлович надеялся установить контакт с советским командованием.

     Сработало! Оба диверсанта, оказавшись на советской территории, первым делом направились в контрразведку. Под контролем смершевцев они «выполнили» все задания фашистов и снова вернулись в подразделение господина Цирке, но уже в качестве сотрудников советской контрразведки. Именно эти люди передали задание Юрию Гордону от руководства разведуправления Черноморского флота. Связь была налажена.

     Во многом благодаря Гордону советское командование получало достоверные сведения о дислокации немецких подразделений, о немецкой агентуре, переброшенной в тыл для оседания на нашей территории.

     В результате ряда успешных наступательных операций, проведенных советским командованием в ходе кампании 1943 года, немцы были вынуждены отступать, проводя при этом переформирование своих частей и органов управления, в том числе и разведывательных подразделений. В связи с этим Гордон был откомандирован во Францию в состав формировавшегося добровольческого национального легиона. Это подразделение, впоследствии переименованное в Туркестанский легион, формировалось из уроженцев Средней Азии и Кавказа. Гордон, числившийся по анкете крымским татарином, также был направлен в это формирование.

     Эшелон, в который погрузили будущих легионеров, направился на запад. Через несколько дней их выгрузили во французском городе Милау и объявили, что в ближайшее время морем всех туркестанцев доставят в порт Безерта. Сложить голову за Гитлера где-то в африканской пустыне? Нет, такая перспектива не устраивала советского разведчика. Выход был один — бежать.

     Совершив побег из Милау, Гордон направился в Марсель. Там он обратился к военному коменданту, которому сообщил, что ранее служил в военно-морской разведке, а в настоящее время отстал от эшелона. Гордон сумел убедить немецкого коменданта в том, что он необходим рейху именно там, на восточном фронте, как сотрудник военно-морской разведки и вскоре опять оказался на берегу Черного моря. При этом он сумел внедриться в немецкие контрразведывательные структуры и выйти на связь с советскими контрразведчиками. В Николаеве и Одессе, где приходилось бывать Гордону, он несколько раз встречался с сотрудником контрразведки Черноморского флота А.Я. Апанасенко, который выполнял здесь задания советского командования. В результате от Гордона через Апанасенко советскому командованию были переданы сведения о вражеской агентурной группе, оставленной в Мариуполе, о местонахождении в Одессе штаба разведгруппы предателя Рыкова, о подготовке в Одессе группы диверсантов для действий в тылу Красной Армии, а также другая ценная разведывательная информация.

     Понимая, что Гордон обладает важными сведениями, Апанасенко дал указание ему не отступать вместе с немцами из Одессы, а скрыться и, дождавшись прихода частей Красной Армии, прибыть в военную контрразведку ЧФ, где доложить всю известную ему информацию о противнике.

     Апанасенко сообщил Гордону пароль, с которым его должны были принять не как предателя, а как советского разведчика. Казалось, все кончено. Можно вернуть себе честное имя и продолжить службу в составе действующей армии. Но все обернулось иначе.

     Органами «Смерш» в 1944 году Гордон был обвинен по ст. 54-1«б» УК УССР, т.е. в измене Родине. В обвинительном заключении указаны все его злоключения, описанные выше. Были здесь отмечены и его заслуги как советского разведчика. То есть, вопреки бытующему мнению, никаких лживых измышлений в обвинительном заключении не содержалось, все было основано на конкретных, документально подтвержденных фактах. Тем не менее, по постановлению Особого совещания НКВД СССР от 10 января 1945 года Юрий Матвеевич Гордон был заключен в ИТЛ сроком на 5 лет. 17 мая 1950 года, находясь после отбытия наказания в ссыльном поселении в Удерийском районе Красноярского края, он скончался.

     Наверное, так никто бы и не узнал о печальной судьбе советского разведчика, если бы не принятый в октябре 1991 года Закон РФ «О реабилитации жертв политических репрессий». В результате пересмотра архивного уголовного дела в Главной военной прокуратуре был сделан вывод о том, что предварительным следствием не только не подтверждена вина Гордона в измене Родине, а наоборот, доказаны факты его честной и добросовестной деятельности в интересах советской разведки и контрразведки. Так, спустя пятьдесят лет после его смерти, было восстановлено доброе имя еще одного защитника Отечества, волею случая оказавшегося в плену, но не павшего духом и нашедшего в себе силы продолжать борьбу с врагом и быть полезным Родине.

Павел ХАЗОВ, военный прокурор Управления реабилитации жертв политических репрессий Главной военной прокуратуры










Copyright © Конкурс юных репортеров, фотоконкурс, конкурс рассказов, статей Все права защищены.

Опубликовано на: 2009-06-08 (1272 Прочтено)

[ Вернуться назад ]